По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), ежегодно во всем мире от гриппа, а точнее, от его осложнений, умирает около полумиллиона человек. В страшную статистику 2009 года попадет и молодая воркутинка Олеся Яноваева, скончавшаяся на прошлой неделе в реанимационном отделении городской больницы.

Никаких улучшений. Состояние стабильно тяжелое, – такой ответ слышал ежедневно от врачей реанимации супруг Олеси Дмитрий Яноваев. Три недели в отделении интенсивной терапии, две из них – в коме, три тяжелых операции – и смерть.

Молодожены Дмитрий и Олеся ожидали пополнения в начале декабря. На учет в женской консультации жена встала вовремя, беременность проходила без осложнений. Впрочем, и до того, как попала в интересное положение, Олеся не отличалась болезненностью – обычная здоровая, по нынешним меркам, девушка.

На 36-й неделе беременности у Олеси поднялась температура, вызвали «скорую». Медики отвезли ее в детское отделение городской инфекционной больницы, куда госпитализируют всех будущих мам с признаками вирусной инфекции. Однако за два дня в стационаре состояние Олеси не улучшилось.

- Она жаловалась постоянно, – говорит Дмитрий Яноваев. – Единственное, что ей делали, это капельницы, которые вообще не помогали, уколы анальгина и «но-шпы», которые тоже температуры не сбивали. Если они (медики – прим. ред.) видели, что состояние не улучшается, можно было бы принять более серьезные меры, обратиться сразу к более квалифицированным врачам.

Утром 18 ноября Олесю перевели в родильный дом с повышенной температурой и плохим самочувствием. По словам Дмитрия, в роддоме жену определили в палату, где «температура воздуха составляла +5-10 градусов». Весь день она находилась там в верхней одежде, а вечером супруг забрал ее домой. Утром семья вернулась в родильный дом, откуда Олесю вновь отправили в инфекционное отделение с диагнозом «грипп». Однако и там ее самочувствие так и не смогли улучшить.

- 21-го числа в 11 вечера я ей позвонил в последний раз на ночь, – вспоминает муж Олеси, – но ей было тяжело разговаривать, она сказала: «Завтра поговорим». Утром мы начали ей звонить, телефон не отвечал. Теща дозвонилась в «инфекционку», и там ей сказали, что Олеся находится в реанимации. До этого нам не сообщили ни об ухудшении здоровья, которое произошло в районе 4-5 утра, ни о реанимации, ни о кесаревом сечении…

В отделение интенсивной терапии Олеся поступила с диагнозом «двусторонняя пневмония». Близкие не могут понять, как в инфекционной больнице не распознали начинающееся воспаление легких.

- Мы общались со знакомыми медиками, – говорит Дмитрий Яноваев, – они говорят, по ее анализам, которые были сделаны 20-го числа, уже можно было определить, что у нее пневмония. Но врачи почему-то этого не видели. Они заметили это только 22-го числа ночью, когда она уже начала задыхаться.

Уже в реанимации Олесе сделали операцию кесарева сечения. Семье врачи сказали, что главным тогда было спасти ребенка, поскольку мать находилась в критическом состоянии. Кроме того, интенсивное лечение могло навредить и беременной, и плоду.

Родившегося мальчика увезли в детскую реанимацию, а его маму подключили к аппарату искусственной вентиляции легких и ввели в медикаментозный сон. В сознание она пришла лишь однажды.

Спустя неделю состояние Олеси резко ухудшилось. 1 декабря девушка впала в кому. Для консультации воркутинские медики пригласили коллег из Сыктывкара и Санкт-Петербурга. По информации одного из местных врачей, в город прибыл главный реаниматолог России, а также министр здравоохранения Коми Михаил Мурашко. Консилиум решил, что речь о здоровье Олеси уже не идет – надо спасать жизнь. Родственникам сообщили, что девушке необходимо удалить матку и ампутировать пальцы стоп, которые из-за сепсиса поразила гангрена.

После операций Олеся протянула еще чуть больше недели. Как рассказал воркутинский медик, не пожелавший назвать своего имени, приезжавшие врачи-консультанты поражались тому, как долго городские реаниматологи смогли продержать такую тяжелую пациентку. По его словам, для лечения Олеси Яноваевой в Воркуту присылали лучшие медикаменты и оборудование, для доставки консультантов привлекали военную авиацию. Тем не менее спасти девушку не удалось. Олеся умерла в ночь с 12 на 13 декабря.

Сын Дмитрия и Олеси, маленький Савелий, находится в детской городской больнице. Как отметил главный врач лечебного заведения Сергей Сальников, здоровью мальчика ничто не угрожает, его перевели из реанимации в обычную палату.

Городские медики комментировать ситуацию отказываются.

Сразу после оперативного вмешательства в отделении интенсивной терапии муж и друзья обратились в прокуратуру города и в СМИ.

По мнению Дмитрия Яноваева, трагедия произошла из-за ошибки врачей.

- Мне кажется, в инфекционной больнице не было оказано оперативной помощи, – рассуждает он. – Скорее всего, там, ну и в роддоме, в холодной палате, начались осложнения.

Старший следователь следственного отдела городской прокуратуры Юлия Дыханова, ведущая проверку по заявлению Дмитрия Яноваева, 5 декабря произвела изъятие медицинской документации в инфекционной больнице и родильном доме. На вопрос, не встречало ли следствие препятствий в своей работе, она отвечает уклончиво: «Следователи не привыкли говорить о трудностях своей работы. Главное – результат. Документы изъяты – результат получен».

Однако, как рассказывает Дмитрий Яноваев, в инфекционной больнице историю болезни его жены представителям правоохранительных органов отдали не слишком охотно.

– Как мне рассказала следователь, документы собирали около полутора часов. Они закрылись в комнате, милиции приходилось чуть ли не вскрывать дверь, – говорит Дмитрий. – Не хотели отдавать документы. Мы посмотрели бумаги, и, хоть я не эксперт, там видно: вклеенные страницы, вырванные; листы пронумерованы (говорят, что в истории болезни никогда не нумеруют). Видно, что что-то скрывают.

Первоначальный срок прокурорской проверки в связи со смертью Олеси продлен. Как рассказала Юлия Дыханова, сейчас в работу включились независимые специалисты судебно-медицинской экспертизы. На днях было проведено вскрытие, материалы направлены в Сыктывкар. Как отмечают в прокуратуре, если экспертиза и следствие найдут состав преступления, будет рассматриваться вопрос о возбуждении уголовного дела.

По обращению Дмитрия Яноваева воркутинское отделение партии «Единая Россия» также подготовило письмо в прокуратуру с просьбой разобраться в ситуации. Друзья семьи обратились в редакции федеральных телеканалов.