В 80-х годах в уголовно-исполнительной системе СССР издавалось около 70 газет для осужденных. Аналогичное печатное издание было в своё время учреждено и в Коми. 3 января отметит 30-летний юбилей многотиражная газета для осужденных и сотрудников УФСИН России по Республике Коми «Лабиринт». Раньше она называлась «За честный путь», и, разумеется, осужденные между собой называли её «сучкой». «Корреспонденты»-осужденные писали слащавые письма  в угоду администрации, надеясь заработать бонусы для  условно-досрочного освобождения. Редактор газеты «Лабиринт» Оксана Орлова считает, что нынешнее  печатное издание к своим 30-ти поменяло лицо и стало более демократичным.

Фото Андрея Шопши

- Что такое сейчас газета для осуждённых?

- Газета, скорее, выполняет роль духовного собеседника для наших читателей, нежели посредника между системой и заключёнными. Жалобы, которые, разумеется, имеются у контингента, осужденные направляют в соответствующие службы. Нам присылают стихи, рассказы, рисунки, пишут о своем житье-бытье без обиняков – информация абсолютно открыта. В газете осужденные узнают о том, чем и как живут их собратья по положению. Мы не считаем зазорным публиковать письма, в которых звучит критика в адрес редакции.

Конечно, так было не всегда. Влоть до конца 80-х на второй полосе внизу значился гриф «За пределы подразделений не выносить». В газете не указывались номера колоний, ЛТП и отрядов. Вместо этого писали: «Учреждение, где начальником такой-то...» Не разрешалось сообщать о количестве учреждений, численности спецконтингента, заболеваемости, производственном травматизме, смертности и любых ЧП. Листаешь подшивку тех лет, и названия говорят сами за себя: «Март – ударный месяц», «В основе – дисциплина» и т.д.

«Секретничать» перестали лишь после развала Союза. В 1992 году название «За честный путь» сменилось на «Лабиринт». Оно наиболее соответствует тому положению, в котором оказываются люди, попавшие за колючую проволоку. Может, это звучит не настолько оптимистично, но только им решать, как выйти из лабиринта, в котором они оказались.

- Работа с осужденными сопряжена с определенным риском. Есть ли страх во время встреч тет-а-тет?

- Я не испытывала какой-либо агрессии с их стороны. Наоборот, живой интерес. Журналисты для них – явление редкое, и поэтому многие охотно идут на контакт. Другое дело, что они, по моим ощущениям, с годами не меняются вовсе. Приедешь в какую-нибудь колонию спустя некоторое время, а ничего нового не услышишь и не увидишь. Жизнь там как будто останавливается.

- В отличие от гражданских СМИ, которые находятся в постоянной борьбе за читателя и подписчика, вам об этом задумываться не приходится. Какие приоритеты у многотиражки в преддверии тридцатилетнего юбилея?

- Пока существует печально известная поговорка «От сумы да от тюрьмы...», будет существовать и наш читатель. А приоритеты остаются те же – помочь осужденным пережить изоляцию от общества.